Юлия Кустодиева: жена, подруга, муза

Власта Ватаман, кандидат философских наук
и старший научный сотрудник Дома-музея Б. М. Кустодиева
в Астрахани

За каждым великим мужчиной стоит великая женщина — сегодня многие обсуждают как справедливость этого высказывания, так и возможный портрет такой дамы. Мнения и аргументы о том, какой она должна быть — сильной и стойкой или нежной и слабой, расходятся. Неизменно одно: среди примеров великих муз зачастую звучит имя жены художника Бориса Кустодиева — Юлии Прошинской (в замужестве Кустодиевой). Как выглядит история её жизни, если опираться на факты, а не на домыслы? Что особенного было в её личности? Какую роль она сыграла в жизни мужа? Кандидат философских наук и старший научный сотрудник Дома-музея Б. М. Кустодиева в Астрахани Власта Ватаман изучила воспоминания современников, личные письма и семейные альбомы Кустодиевых, чтобы ответить на эти и другие вопросы.

Семья и детство

Биографию Юлии Кустодиевой зачастую воссоздают по семейным преданиям, так как проверенных фактов о её жизни немного. Так, нет достоверных данных о месте и дате её рождения.

Она появилась на свет предположительно 13 марта 1880 года в семье надворного советника Евстафия Станиславовича Прошинского, предводителя дворянства в Минской губернии, польского дворянина римско-католического вероисповедания. В 1881 году родилась её младшая сестра Зоя.

О матери ничего неизвестно, кроме того, что после смерти отца (по семейному преданию, он застрелился, проигравшись в карты), ей пришлось передать дочерей на воспитание друзьям — сёстрам Евгении Петровне, Марии Петровне и Юлии Петровне Грек, у которых в Костромской губернии было небольшое имение Высоково (2). Так в раннем детстве девочка осталась сиротой.

Одна из сестёр Грек, Мария Петровна (по другой версии, Юлия Петровна), стала приёмной матерью Юлии. Вместе с сестрами Прошинскими сердобольные старушки Грек, не имевшие своих детей, воспитывали также Валентину Александрову. Сохранились рисунок и портрет, на которых Борис Кустодиев изобразил приёмную мать Юлии (3).

О том, как девушки жили в усадьбе, мы знаем по фотографиям из дореволюционных фотоальбомов, которые передали в Дом-музей Б. М. Кустодиева внучка художника Татьяна Кирилловна Кустодиева и его правнучка Мария Борисовна Кустодиева.

Большая часть фотокарточек сделана в 1901–1908 годах. Фотография в начале ХХ века была редким и достаточно затратным делом, но многие дворяне с удовольствием занимались этим новым видом творчества. Часть снимков из этих альбомов сделана Юлией. Все фотографии являются любительскими и живо отражают усадебную атмосферу той поры.

«Воротцы в саду» (надпись сделана Юлией Прошинской-Кустодиевой), Юлия Прошинская в Высоково (1902)

Дом в Высоково, радостные часы, проведенные девушками на прогулках в саду, в окрестностях усадьбы, в труде и отдыхе, рядом с близкими — такой запечатлена усадебная жизнь Прошинских на снимках.

«Идём купаться» (надпись сделана Юлией Прошинской-Кустодиевой), воспитанницы сестёр Грек — Юлия и Зоя Прошинские, Валентина Александрова (1902)

Годы учений

Сёстры Грек были хорошо образованны — говорили и читали на французском, английском и немецком языках, имели хорошую библиотеку, занимались живописью и резьбой по дереву, мастерски рукодельничали. В память об умершем брате Анатолии в соседнем селе Клеванцово сёстры построили школу, содержали учительницу за свой счёт. Позаботились они и об образовании воспитанницы.   

Юлия к 1898 году окончила общие классы Петербургского Александровского института (бывшее Александровское училище при Смольном институте). Институт она покинула, не пожелав остаться ещё на два года для получения специальности в педагогических классах (по выбору институток).

Она стала работать машинисткой в канцелярии Комитета министров. Юлия была увлечена рисованием, посещала рисовальную школу Общества поощрения художеств, где училась у Яна Францевича Ционглинского (4). Лучше всего ей удавался натурный и архитектурный пейзаж.

Рисунок Юлии Кустодиевой (1903)
Рисунок Юлии Кустодиевой (1903)

Знакомство с Кустодиевым

Летом 1900 года студент Академии художеств Борис Кустодиев приехал в Костромскую губернию на этюды к своему однокашнику Константину Мазину. В усадьбе Высоково Кустодиев познакомился с Юлией, и эта встреча определила всю её дальнейшую жизнь.

Очень скоро и Константин Мазин, и братья Кустодиевы стали своими в этой небольшой усадьбе. Они помогали по хозяйству, писали этюды, фотографировали (сделанные братьями Кустодиевыми снимки сохранились в упомянутых выше альбомах), гуляли с девушками, обмениваясь впечатлениями о петербургской жизни. Борис влюбился в Юлию и начал за ней ухаживать. Хотя старушки Грек мечтали о лучшем кандидате в супруги для своей воспитанницы, она ответила ему взаимностью.

Юлия Прошинская, Борис и Михаил Кустодиевы, Высоково (1902)

В то время сёстры Грек были уже немолоды, они умерли одна за другой. Евгения Петровна — в 1899 году, ещё до знакомства Юлии с Кустодиевым, Мария Петровна — в 1901 году, Юлия Петровна — в 1902 году. Могилы сестёр Грек сохранились и находятся на церковном погосте села Богородица. 

Юлия у могил сестёр Грек, погост с. Богородица (1902)

Зоя Прошинская вышла замуж за офицера А. А. фон Розе. О том, где училась младшая сестра Юлии и чем занималась, нет данных.

Летом 1902 года состоялась помолвка Бориса и Юлии. Этот праздник запечатлён на любительских фотографиях, которые сохранились в домашнем альбоме Татьяны Кирилловны Кустодиевой, но требуют реставрации (люди на снимках едва различимы).

8 января 1901 года [*] Борис Михайлович Кустодиев и Юлия Евстафьевна Прошинская вступили в законный брак, обвенчавшись в церкви святых Константина и Елены при гимназии Императорского Человеколюбивого общества. Юлии было 22 года.

Роль жены и музы

Рано потерявший отца, Кустодиев обладал острым «чувством семьи», мечтал о её создании, искал подходящую женщину — спутницу жизни, жену, подругу, музу. Обретя её, художник отображал жизнь своей семьи во множестве работ.

Он рисовал Юлию почти с первых дней знакомства. В российских музеях сохранились её портреты разных лет: 1903, 1908, 1915, 1920. Не важно, одета ли она в скромное тёмное платье или накинула на плечи яркую красную шаль, изображена на любимом домашнем диване или в светлой берёзовой роще, Юлия написана мужем — известным, талантливым художником, запечатлена на память потомкам. При этом она для него «милая Юлик, Люля, Лёля».

Особенностью Кустодиева-портретиста, как подчёркивали товарищи-художники и сами портретируемые, было умение не только точно передать внешность модели, но и почувствовать её настроение, угадать характер. Это хорошо удаётся художнику и в живописных, и в графических портретах. В лицо жены в течение многих лет он вглядывается особенно тщательно, подмечая и отражая малейшие изменения её внутреннего состояния.

Выйдя замуж, Юлия почти сразу стала матерью: в 1903 году она родила первенца Кирилла, в 1905 году — Ирину, в 1907 году — Игоря. Жена и дети стали самыми любимыми моделями художника. Часто к ним присоединялись мать, сёстры с мужьями, младший брат Михаил Кустодиев.

Юлия Кустодиева с детьми (1913)

Сохранившиеся дневники и письма Бориса и Юлии помогают воссоздать её образ — сначала влюблённой девушки, невесты, потом юной жены, матери детей художника, верной подруги и ценительницы таланта.

Как Кустодиевы жили в первые годы после женитьбы, мы знаем из обширной сохранившейся переписки Юлии и Бориса Михайловича с друзьями, родными и близкими (6). В это время их жизнь полна интересных событий: путешествия, создание произведений, выставки, обретение собственного дома, знакомства и встречи с яркими замечательными художниками и другими талантливыми людьми. В упомянутых выше фотоальбомах представлены снимки, где запечатлена жизнь семьи Кустодиевых в построенной ими в 1905 году усадьбе Терем, в путешествиях по испанской Севилье, по Парижу и Жуан ле Пэну во Франции, по швейцарским Монтрё и Лейзену.

Идиллия в Тереме

К 1905 году в семье Кустодиевых было уже двое детей — собственный дом стал необходим, и художник приобрёл в Костромской области землю под строительство. Там, на лоне первозданной природы, он возвёл похожую на терем усадьбу с флигелем и баней. Многие исследователи считают проведённые в усадьбе Терем годы самыми счастливыми в жизни этой семьи. В 1905–1915 годах Кустодиевы приезжали сюда каждое лето, чтобы отдыхать, впитывать новые впечатления, работать. Они сажали сирень, возделывали огород, строили качели для детей, ходили в гости и принимали гостей. Здесь написаны известные произведения, которые сегодня хранят музеи и галереи: «Лето», «Японская кукла», «Прогулка верхом», «Священник и дьякон», «Портрет Ю. Е. Кустодиевой».

Болезнь и кончина Кустодиева

В 1909 году, когда Борис Михайлович серьёзно заболел, он был уже академиком, известным художником. Средств было достаточно, чтобы пройти курс лечения у хороших докторов, отправиться поправлять здоровье на альпийские курорты и французскую Ривьеру.

Юлия всегда поддерживала супруга¸ помогала ему бороться с болезнью. Ей было нелегко. Приходилось принимать тяжёлые решения, распоряжаться средствами, договариваться с врачами.

При этом супругов не обошли проблемы времени, в котором они жили: Первая мировая война, болезни, революции, голод. Были и личные горести: смерть младшего сына и сестры Юлии, скоропостижно скончавшейся в конце 1916 года, растущая популярность Кустодиева и «медные трубы».

Последние 11 лет жизни художник провёл в инвалидном кресле. Это стало серьезным испытанием для Юлии. До самой смерти Борис Кустодиев, инвалид I группы, значился в документах как единственный работающий в семье. Дети учились, на Юлии был дом и больной муж (7). Она в это время стала для него, как мы сказали бы сегодня, и менеджером, и агентом, и самым первым зрителем, и тонким критиком. Она ходила по издательствам, вела переписку, «выбивала» часто задерживаемую плату за работу.

Даже в таких условиях супруги продолжали душевно общаться. Вместе они не раз вспоминали былые путешествия, поездки в Испанию и Италию, в Кострому и Кинешму, свой чудесный Терем. В 1927 году художник скончался.

Юлия и Борис Кустодиевы, Луга (1923)

В воспоминаниях о матери Ирина Кустодиева сравнила её с силой, державшей всю семью. Отец, по ее словам, «этот мученик, страдалец и одновременно творец, несущий в своих произведениях любовь к Родине и зовущий к радости жизни, был “настоящим человеком”. “Настоящим человеком” была и его верная подруга — моя мать, Юлия Евстафьевна. …Верный друг, нежная мать и хозяйка, она была женщиной необычайной душевной чистоты и удивительной доверчивости… Да, отец не ошибся в выборе спутницы жизни, она была достойна его» (1).

Забота о наследии художника и блокадный Ленинград

После смерти Бориса Кустодиева Юлия бережно собрала в две самодельные тетради открытки и телеграммы с соболезнованиями, некрологи, а также заметки о творчестве художника из ленинградских газет и журналов 1927 года. Одна из них находится в Доме-музее Б. М. Кустодиева в Астрахани. Почти такую же тетрадь с вырезками из прессы, отозвавшейся на смерть художника, сделал близкий друг Кустодиева и его биограф, живописец Всеволод Воинов.

В 1927 году ЦЕКУБУ Юлии Кустодиевой была назначена персональная пенсия в 75 рублей (8). Из исторических документов 20-х годов XX века мы знаем, как тяжело жилось в это время многим представителям интеллигенции. Семья Кустодиевых не была исключением. Часть произведений из домашней коллекции была распродана музеям и коллекционерам.

Через два года Юлия обратилась с заявлением об увеличении пенсии и просьбой о назначении пайка. Паёк выделили, но ненадолго. Позже его «аннулировали». В 1933 году на просьбу увеличить пенсию вновь последовал отказ.

Долгие годы Юлия разбирала архив супруга, перепечатывала письма и документы. Она передала множество работ Кустодиева, фотографии и документы в различные музеи СССР (прежде всего, в Государственный Русский музей). Астраханская картинная галерея, основанная в 1918 году на родине художника, получила от неё три портрета: дяди мастера, С. Л. Никольского (1901), Н. И. Зеленской (1912) и композитора Д. В. Морозова (1919).    

Через десять лет после назначения пенсии, в 1937 году, Юлия Кустодиева перечислила в новом заявлении свои заслуги по сохранению художественного наследия мужа: помощь музеям в подготовке выставок, дарение произведений в Ярославль, Кострому, Астрахань, Ивановскую область, Семеновское-Лапотное, консультации. В отчаянии она написала: «В настоящее время моя трудоспособность падает. И всё труднее складывается моя жизнь в материальном отношении, и поэтому я твердо надеюсь, что вопрос о назначении мне соответствующей пенсии будет вами решительно пересмотрен» (9). Резолюции на этом заявлении нет.

Юлия Кустодиева за работой (1936)

Тем временем Кирилл окончил Академию художеств (впоследствии он стал востребованным театральным художником), Ирина отучилась в Институте сценических искусств и стала актрисой Ленинградской филармонии.

Юлия успела застать рождение своей единственной внучки Тани, дочери Кирилла и Нины Александровны Блиновой. Она очень любила девочку, возила её в Кострому, дарила ей игрушки, отмечала дни рождения. Татьяна Кирилловна на всю жизнь сохранила глубокое уважение к Юлии, любовь к бабушке и восхищение ею.

«День рождения Тани» (надпись сделана Юлией Прошинской-Кустодиевой), бабушка и внучка — Юлия Евстафьевна и Таня Кустодиевы (1937)  

До последних дней жизни Юлия работала на пишущей машинке — не хотела зависеть от близких, быть кому-то в тягость. Всегда сдержанная, не слишком разговорчивая, много перенёсшая за свою жизнь, она следовала своему пониманию чувства долга. Узнав о начале войны, с большими трудностями вернулась в Ленинград из Кинешмы, чтобы сохранить картины мужа. На предложения уехать из блокадного Ленинграда ответила категорическим отказом.

Юлия Евстафьевна умерла в 62 года на руках детей от голода и дизентерии. Это произошло 17 февраля 1942 года. Её похоронили в одной из братских могил на Пискаревском кладбище Ленинграда.

Была ли она счастлива? Внучка Татьяна Кирилловна говорила, что, может, и нет — не успела. Если только в самые первые годы. Потом — рождение троих детей, заботы о них, о доме, смерть младшего сына, революция, тяжелая болезнь и инвалидность мужа, его смерть всего в 49 лет и огромная ответственность за сохранение его наследия. Война. Блокада.  

Было ли всё в их семье идеально? Тоже нет. Приглаженные рассказы из интернета часто очень далеки от действительности. Были и обиды, и увлечения художника, и любовные письма другим женщинам. Но в этой истории важно другое. Понимание значимости, настоящего таланта человека, с которым свела судьба, ответственность и чувство долга перед памятью мужа и потомками помогли этой женщине сделать главное дело своей жизни, дали ей силы сохранить для нас великого русского художника и его работы. «За каждым великим мужчиной стоит великая женщина».

Автор: кандидат философских наук и старший научный сотрудник Дома-музея Б. М. Кустодиева в Астрахани Власта Ватаман.

Фотографии предоставлены Астраханской государственной картинной галерей имени П. М. Догадина.  

1. Кустодиева И. Б. Дорогие воспоминания / Б. М. Кустодиев. Письма, статьи, заметки, интервью. Встречи и беседы с Б. М. Кустодиевым (из дневников Вс. В. Воинова). Воспоминания о художнике. Сост. Б. А. Капралов. Л.: Художник РСФСР, 1967. С. 328

2. Григоров А.А.  Из истории костромского дворянства / Сост., вступ. ст. и примечания Н.А. Зонтикова. — Кострома, 1993. — 472 с.

3. Рисунок Б.М. Кустодиева с надписью: «Воспитательница Юлии Евстафьевны Мария Петровна Грек» хранится в кустодиевском фонде в отделе рукописей Российской национальной библиотеки (СПб.) —  Ф. 1046 «Кустодиев Б.М.», е.х.18; «Портрет Ю. П. Грек» (1902) — в Музее изобразительных искусств ХХ — ХХIвв., филиале Ульяновского областного художественного музея.

4. Ционглинский Ян Францевич (1858–1912) —  профессор Академии художеств, академик живописи, предпочитавшего жанры пейзажа и портрета 

5. Отдел рукописей Государственного Русского музея (ОР ГРМ), ф.26 «Кустодиев Б. М.», е.х. 1. Л.1 (оборот).

6. ОР ГРМ, Ф. 26, р. IV. Семейная переписка Кустодиевых.

7. ОР ГРМ, Ф. 26, е.х. 65, л.3 (К-3)

8. ЦЕКУБУ (Центральная комиссия по улучшению быта учёных при Совете народных комиссаров РСФСР) — исполнительный орган советской власти, задачей которого являлось создание рабочих условий для научно-технической и творческой интеллигенции России в условиях военного коммунизма. Комиссия осуществляла материальную поддержку учёных Ленинграда, обеспечивая их обувью, одеждой, едой, топливом и предметами первой необходимости.

9. ОР ГРМ, Ф.26, е.х.56, р. XVI, лл. 4-5, 9.

___________________________
[*] В действительности — 8 января 1903 года. См.: Ватаман В.П. Обитель Бориса Кустодиева. Дом-мастерская «Терем». (Примеч. интернет-публ.)


Источник: https://rosuchebnik.ru/material/yuliya-kustodieva-zhena-podruga-muza/

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.