183-й пехотный Пултуский полк

Белоус М.А.
Забытый полк.

Полковой знак 183-го Пехотного Пултуского полка

Близится 100-летие со дня начала 1-й Мировой войны. Во многом забытой войны. Это связано с множеством причин. Но их оценка не является целью настоящей статьи.  Хотелось бы рассказать историю одного из множества полков Российской Императорской армии, который участвовал в этой войне и вписал достойные страницы в её историю.

В преддверии войны, а именно в 1910 году в целях повышения боевой и мобилизационной готовности Вооружённых Сил была проведена реформа армейской пехоты. При этом были  упразднены все резервные войска и крепостная пехота, а существовавшие 27 резервных бригад и 9 крепостных пехотных полков были сведены в 7 полевых пехотных дивизий, с 46-й по 52-ю, нормального состава.

В числе полков 46-й пехотной дивизии был сформирован и 183-й пехотный Пултуский полк об истории и боевом пути, которого пойдет речь в настоящей статье. На его формирование были направлены: 183-й резервный пехотный Пултуский полк (в качестве 1-го и 2-го батальонов нового полка), 240-й резервный пехотный Красненский батальон (в качестве 3-го батальона) и 245-й резервный пехотный Солигалический батальон (в качестве 4-го батальона).

Полк формировался в Костроме, где до этого дислоцировались 240-й Красненский и 245-й Солигалический резервные пехотные батальоны, а 183-й резервный пехотный Пултуский полк был передислоцирован в Кострому из Варшавы. В связи с этим формирование полка несколько затянулось, и было окончено только осенью 1910 года.

Сразу после окончательного сформирования полк начал готовиться к празднованию своего столетия. Этот поразительный факт был связан с тем, что в Российской Императорской Армии старшинство полков считалось не по дате его формирования, а по дате сформирования батальонов, входящих в его состав. Два батальона, вошедшие в состав полка: Красненский и Солигаличский были сформированы 27 марта (8 апреля) 1811 года и поэтому на основании приказа по Военному Ведомству №96 от 18 марта 1884 года старшинство вновь сформированного полка было установлено именно с этой даты.

В 1811 году, в период активной подготовки к неизбежному столкновению с Наполеоновской Империей, было принято решение об усилении действующих войск. В связи с этим все гарнизонные полки и батальоны были преобразованы в пехотные и егерские и переведены в состав полевых войск. Функции же гарнизонных войск были возложены на формируемые на базе штатных губернских рот, размещённых в губернских городах, внутренние губернские батальоны.

Среди сформированных батальонов были и Смоленский и Костромской внутренние губернские батальоны, приказ о формировании которых был подписан 27 марта (8 апреля) 1811 года. В последующем оба батальона размещались в этих городах и выполняли возложенные на них функции поддержания внутреннего порядка в губерниях, решения вопросов борьбы со стихийными бедствиями и пожарами, охраны присутственных мест, тюрем и острогов. В период до начала русско-турецкой войны 1877 – 1878 года названия батальонов неоднократно менялись, что было связано с изменениями в системе их подчинённости, а функционал и наименование по губернскому городу (Костромской и Смоленский) оставались прежними.

В 1874 году, в связи с подготовкой к войне с Турцией, было принято решение возложить на эти батальоны и функции резервных войск, которые должны были в случае необходимости участвовать во второстепенных операций на театре военных действий или занимать крепости. А с началом войны они лишились своего наименования по губернским городам и стали номерными резервными пехотными батальонами.

В последующем, до конца XIX  века, батальоны вновь получили наименования по населённым пунктам, но не тем, где они дислоцировались, а по уездным городам тех губерний, где они располагались. Так Костромской батальон стал 245-м резервным пехотным Солигаличским по уездному городу Костромской губернии Солигалиличу, а Смоленский – 240-м резервным Красненским по уездному городу Смоленской губернии Красному, где в годы Отечественной войны 1812 года состоялись крупные сражения Российской армии и Наполеоновскими войсками. Тогда же, в конце XIX века, 240-й резервный пехотный Красненский батальон был передислоцирован в Кострому и вошёл в состав её гарнизона.

В 1905 году, в связи с началом войны с Японией оба батальона были развёрнуты в полки 4-батальоного состава с теми же номерами и наименованиями, что и батальоны: 240-й пехотный Красненский и 245-й пехотный Солигаличский полки. Кроме того из кадра отделённых от этих батальонов были сформированы ещё два полка: 308-й пехотный Рославльский и 313-й пехотный Кинешемский. Участвовать в боевых действиях всем этим полкам не пришлось и три из них всё время находились в Костроме. А вот 245-й пехотный Солигаличский полк убыл из нашего города. В начале декабря 1905 года после торжественного вручения списка иконы Фёдоровской Божьей Матери полк погрузился в эшелоны и убыл из города. Но путь эшелонов полка лежал не на Дальний Восток, а в обратную сторону. Дело в том, что полк был направлен в Прибалтику для замены действующих частей, убывших на фронт. Вернулся домой полк только 17 (30) июня 1906 года. Летом 1906 года Рославльский и Кинешемский полки были расформированы, а Красненский и Солигаличский приведены в прежнее состояние, а именно преобразованы в резервные пехотные батальоны.

История 183-го резервного пехотного Пултуского полка более короткая. 31 июля (12 августа) 1877 года, в связи с начавшейся войной с Турцией на базе кадра (2 роты) Черниговского местного батальона был сформирован 28-й резервный пехотный батальон. В последующем батальон развёрнут в 2-батальонный резервный пехотный полк, получивший номер 183 и наименованный Пултуским по городу в Польше, где во время Польской кампании 1831 года состоялось крупное сражение между русскими и польскими войсками. Полк с момента своего формирования и до 1910 года дислоцировался на территории Царства Польского. В том числе в его столице Варшаве, где полк нёс караулы в Варшавской цитадели.

В 1903-1904 годах к 183-му резервному пехотному Пултускому полку для отбывания годичного ценза в должности командира роты был прикомандирован выпускник Академии Генерального штаба капитан Антон Иванович Деникин. Впоследствии один из героев 1-й Мировой войны и командующий Вооружёнными Силами Юга России в годы Гражданской войны. Правда в книге своих воспоминаний «Путь русского офицера» он упоминает об этом всего одной строкой.

В 1905 году полк, как и батальоны, с которыми он впоследствии объединился, был развёрнут в 4-батальонный 183-й пехотный Пултусский полк. При этом он ни куда не убывал с места дислокации и в 1906 году был приведён в прежнее состояние – 2-батальонного резервного пехотного полка.

Но вернёмся к 1911 году. 27 марта (9 апреля) Император Николай II подписал Указ, который гласил:

« Нашему  183-му Пехотному Пултускому полку.

По случаю совершенiя нынъ ста лет со времени учрежденiя Императоромъ Александромъ IБлагословеннымъ, въ 1811 году, Смоленскаго и Костромского Внутреннихъ Губернскихъ баталiоновъ, наименованныхъ впоследствiи 74-мъ и 81-мъ Резервными Пехотными баталiонами (кадровыми), кои были переформированы затемъ въ 240-й Краснинскiй и 245-й Солигаличскiй Резервные баталiоны, поступiвшие, по соединенiи съ бывшимъ 28-мъ Резервным Пехотнымъ баталiоном, на сформированiе  183-го Пехотнаго Пултускаго полка. Всемилостивъйше жалуемъ полку сему препровождаемое при семъ новое знамя, съ надписею: «1811 – 1911»; Повелеваемъ знамя сiе, освятивъ по установленiю, употреблять на службу Нам и Отечеству съ върностiю и усердiемъ, Россiйскому воинству  свойственными.

Николай»1

   Данный указ (подлинник которого хранится в экспозиции военно-исторического отдела Костромского историко-архитектурного и художественного музея-заповедника) был доставлен курьером в Кострому в последних числах марта. Торжественных мероприятий по случаю подписания Императорского Указа в полку не проводилось. Как было отмечено в местной печати, офицеры полка устроили торжественный обед в Офицерском собрании полка для офицера, доставившего грамоту.

Основные же мероприятия, связанные со 100-летним юбилеем полка проводились 6 (19) и 7 (20) мая того же года, когда в Кострому прибыл командующий Московским военным округом генерал от кавалерии П.А. Плеве и на торжественном построении полка вручил командиру полка полковнику Д.П. Малееву юбилейное знамя с лентами ордена Св. Александра Невского и надписями: на банте «1911» и на одной из лент вензели Императоров Александра I (в его правление были сформированы Костромской и Смоленский внутренние губернские батальоны) и Александра II (в годы правления которого был сформирован 28-й резервный пехотный батальон), а так же надписи «Смоленский и Костромской внутренние губернские и 1877 г. 28-й резервный пехотный батальоны / с 1898 г. 183-й резервный пехотный Пултуский полк, на второй ленте «183-го пехотного Пултуского полка». Это событие было дополнено торжественным обедом для господ офицеров и приглашённых лиц в офицерском собрании полка, а для нижних чинов в солдатской столовой. Кроме того для нижних чинов был дан благотворительный концерт.

 

Знамя 183-го пехотного Пултуского полка.

 

Из коллекции Костромского музея-заповедника

   Следующим важнейшим событием в истории полка после вручения ему Юбилейного знамени было его участие  в торжествах по случаю приезда в Кострому Императора Николая II, который 19 – 20 мая (1 – 2 июня) 1913 года в период празднования 300-летия дома Романовых посетил город.

19 мая (1 июня) 1913 года после схода с парохода у Ипатьевского монастыря Его Императорское Величество изволил принять почетный караул 13-го лейб-гренадерского Эриванского Его Величества полка и сотни 1-го Кизляро-Гребенского, генерала Ермолова казачьего полка, которые специально прибыли в наш город на время посещения Николая II. Это было связано с тем, что оба этих полка имели старшинство с 50-х годов XVII века, что соответствовало времени правления первого царя династии Романовых – Михаила. А Кострома считалась и считается в настоящее время колыбелью Дома Романовых, ибо именно здесь, в Ипатьевском монастыре он дал согласие вступить на Российский престол.

В тот же день Император прибыл к пристани Костромы, где его встретил почётный караул 183-го пехотного Пултусского полка на правом фланге которого стояли: военный министр, генерал-адъютант В.А. Сухомлинов, командующий войсками Московского военного округа генерал-от-кавалерии П.А. Плеве, командир корпуса генерал-лейтенант Д.П. Зуев, начальник дивизии генерал-лейтенант Д.А. Долгов, командир бригады генерал-майор Д.П. Парский. После прохождения почётного караула церемониальным маршем Император поблагодарил пултусцев за их молодецкий вид. После смотра и прохождения караула офицерами полка были поднесены Императрице и Великим княжнам букеты цветов.

На следующий день Пултусский полк вместе с Эриванскими гренадёра и казаками Кизляро-Гребенского полка участвовали в церемонии закладки памятника в ознаменование 300-летия Царствования Дома Романовых. После высочайшего смотра и закладки памятника войска участвовали в параде в присутствии Императора и членов его семьи. Парадом командовал командир 2-й бригады 46-й пехотной дивизии генерал-майор Д.П. Парский, а во главе 1-го батальона пултусцев шёл временно командовавший батальоном капитан Е.В. Говоров (об этих двух интересных личностях, которые оставили заметный след не только в истории Пултуского полка, но и Российской Императорской и Рабоче-крестьянской Красной Армии будет рассказано позже).

 

Николай II обходит строй 183-го пехотного Пултуского полка


 

Прохождение церемониальным маршем совершалось под звуки марша на мотивы из оперы М.И. Глинки «Жизнь за Царя», исполненного поочерёдно оркестрами Эриванского и Пултуского полков и хором трубачей 5-й сотни Кизляро-Гребенского полка.

Привожу здесь Высочайший приказ, отданный по войскам Костромского гарнизона 20 мая (2 июня) 1913 года:

«ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОРЪ изволилъ присутствовать сегодня на парадъ въ городъ Костромъ нижеслъдующихъ войсковыхъ частей: 13-го лейбъ-гренадерскаго Эриванскаго ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА полка, 183-го пъхотнаго Пултускаго полка, сотни 1-го Кизляро-Гребенскаго, генерала Ермолова, полка, Терскаго казачьяго войска, роты 25-го сапернаго батальона, полубатареи 6-й батареи 46-й артиллерiйской бригады.

ЕГО ИМПЕРАТОРСКОЕ ВЕЛИЧЕСТВО изволилъ остаться отмънно довольнымъ блестящимъ состоянiемъ перечисленныхъ частей, за что объявляетъ Монаршее благоволенiе начальствующимъ должностнымъ чинамъ, находившимся въ строю; объявляет Своё Царское спасибо и жалует какъ стоевымъ такъ и нестроевымъ: имеющимъ знаки отличiя военнаго ордена – по 5 руб., имъющимъ шевроны – по 3 руб., прочимъ по 1 руб. на каждаго». 2

В тот же день Император посетил офицерское собрание и полковой музей, расположенные вместе с казармой 4-го батальона Пултуского пехотного полка. Офицеры полка в полном составе были собраны в зале офицерского собрания. Сначала Император осмотрел нижних чинов, выстроенных на площадке казарменного двора 4-го батальона полка и поблагодарил их за их примерную и усердную службу. После этого Николай II в сопровождении лиц своей свиты, губернатора и командира Пултуского полка полковника Малеева прошёл в большой зал офицерского собрания, где ему были представлены все офицеры полка. По окончании представления офицеров полка Император осмотрел библиотеку и полковой музей, занимавший отдельную комнату офицерского собрания. Здесь были представлены высочайшие грамоты, рапорты на высочайшее имя о выдающихся случаях службы полка, ценные иконы-складни, подарки полку по случаю его 100-летнего юбилея, вооружение полка и формы обмундирования за 100 лет, фотографии и многие другие предметы, относящиеся к полковой истории. (Экспонаты полкового музея Пултуского пехотного полка послужили основой для военно-исторической экспозиции Костромского краеведческого музея, и в настоящее время находятся и фондах и в экспозиции военно-исторического отдела Костромского историко-архитектурного и художественного музея-заповедника).

После осмотра музея Николай II сделал запись в особой, хранящейся в музее, книге почётных посетителей собрания. В это время офицеры полка перешли в гостиную, где было приготовлено шампанское. Император, выйдя из музея и приняв от командира полка чару, обратился к офицерам со следующими словами: «Я счастливъ, что мог удълить нъсколько минутъ, чтобы посътить ваше расположенiе и собранiе и ещё раз поблагодарить васъ, господа, за то отличное состоянiе, в какомъ Я нашёлъ молодой Пултускiй полк. Я имелъ случай видъть полкъ два раза и оба раза онъ представился МНЪ въ блестящемъ видъ. Отношу это къ вашей дружной и усердной работъ, которую особенно цъню, такъ какъ вдали отъ моихъ глазъ она ведётся не за страхъ, а за совесть. Поднимаю чару за процветанiе Пултускаго полка, его будущую боевую славу и ваше здоровье. Ура!» 3 Дружное «ура» всех присутствующих в собрании было ответом на слова державного гостя.

В след за этим Император соизволил согласиться сняться в общей группе с офицерами полка, что было сделано во дворе, у казармы батальона. В промежутках между снимками Император поинтересовался обедали ли уже солдаты. На последовавший отрицательный доклад командира Император изволил милостиво заметить: «Это ничего, Я и Сам ещё не обедалъ».4

Интересный факт, что по итогам посещения Костромы Императором огромное количество чиновников всех рангов были награждены придворными званиями, орденами, чинами и ценными подарками. Но в списке награждённых нет,  ни одного представителя Военного ведомства. С чем это связано не понятно.

После убытия из Костромы Николая II и его семьи, ни каких интересных событий в истории полка не произошло, и оставшееся до начала 1-й Мировой войны время он занимался боевой подготовкой. С объявлением мобилизации 18 июля 1914 года от полка отделен кадр в составе 19 офицеров и 280 нижних чинов на сформирование 323-го пехотного Юрьевецкого полка 2-й очереди, а полк доукомплектован до штатов военного времени и убыл на фронт.

Эшелоны полка отправились в Царство Польское, где полк вошёл в состав XXV армейского корпуса 5-й армии Юго-Западного фронта. В составе этого корпуса, вместе с полками 3-й гренадерской дивизии, пултусцы прошли по тяжёлым дорогам 1-й Мировой. Первый же бой, в котором участвовал полк, был неудачен. 12 (25) августа 1914 года полк в составе корпуса был направлен  на поддержку 4-й армии, которая потерпела поражение под Красником и находилась в полу-окружении. Но на следующий день корпус наткнулся у Замостья на подавляющие силы противника: это была IV австро-венгерская армия генерала Ауффенберга. В боях 13 и 14 (26 и 27) августа корпус был разбит и отступил на Красностав.

В этих боях полк действовал вместе с 184-м пехотным Варшавским полком под непосредственным командованием командира бригады генерал-майора Д.П. Парского. Как отмечал последний в одной из своих статей, главными причинами неудачи было: «… отсутствие общего управления, ориентирования и связи со стороны старшего командного состава…». Пултуский полк в ходе этих боёв потерял более 500 человек и лишился своего командира полковника Малеева, который вследствие царившей неразберихи с несколькими ротами был отрезан от основных сил и после упорного боя попал в плен. Последующие дни полк в составе арьергарда корпуса прикрывал отступление с целью прикрытия доступов к Холму, закончившиеся 18 (31) августа отходом в направлении к этому городу.

 

Генерал Парский Д.П. выступает перед Пултуским полком.

 

                                                                                                В октябре 1914 года XXV армейский корпус, а вместе с ним и Пултуский полк, был передан в состав 9-й армии, и принял участие в Варшавско – Ивангородской операции.  Эта операция в была удачной для Российской армии в упорных лесных боях наши войска взяли 60 офицеров, 3300 нижних чинов пленными, 13 орудий и 120 зарядных ящиков. В дальнейшем полк участвовал в наступлении на Краков. Неудачи первых боёв стали забываться и солдаты полка почувствовали, что противник не так страшен, как казалось и его можно успешно громить. За эти бои отличившиеся офицеры были награждены орденами, а нижние чины Георгиевскими крестами и медалями. Среди награждённых был и полковой священник Константин Несторович Сарчинский, которому был пожалован орден Святого Владимира 4-й степени с мечами.

Весной 1915 года полк был вновь передан в состав 4-й армии и в мае месяце участвовал в коротком наступлении у Опатова, где XXV армейский корпус нанёс сильное поражение 2-му австро-венгерскому корпусу. В июне вновь удачные сражения в ходе боёв при Вильколазе и Уржендове. В этих боях корпус особенно отличился и пултусцы внесли свой вклад в эти победы. А командир бригады, в состав которой входил полк, генерал-майор Парский Д.П. был награждён орденом Св. Георгия 4-й степени.

Но наступил июль 1915 года, и противник перешёл в решительное наступление на всём восточном фронте. Создалась угроза окружения Российских войск, расположенных на территории Польши. Начались упорные оборонительные бои с целью выхода из возможного окружения. Пултусцы приняли активное участие в этих боях и внесли достойный вклад в успешное завершение этого сложнейшего манёвра. В ходе одного из боёв 12 (25) августа при местечке Верховичи полк получил задачу своим энергичным наступлением от фольварк Зеленый Дворец задержать наступление вчетверо превосходного в силах противника, охватывавшего правый фланг дивизии и угрожавшего отрезать ее от единственного пути отхода через болото на следующую позицию, и тем дать возможность остальным полкам дивизии отойти на упомянутую позицию. Один из батальонов полка оттеснил противника, а когда противник еще усилился и перешел вновь в наступление, сдерживал его натиск на своем участке в течение целого дня, до получения приказа отойти на следующую позицию, и своими искусными действиями, полными самоотвержения и мужества, способствовал успешному выполнению полком поставленной ему задачи и таким образом оказал помощь своим войскам, находившимся в трудном положении и выручил их от грозившей им опасности.

Этим батальоном командовал капитан Карл Янович Гоппер. За свой подвиг он в декабре того же года был награждён орденом Св. Георгия 4-й степени. Тем же приказом тем же орденом был награждён и командир Пултуского полка полковник Говоров Евгений Васильевич. Необходимо отметить, что оба этих офицера вписали свои имена в историю 1-й Мировой войны и всей своей дальнейшей боевой деятельностью доказали, что они достойны более высоких боевых наград.

Весной 1916 года полк был передан в состав Западного фронта и летом того же года принял участие в наступлении его войск с целью оказания помощи  войскам Юго-Западного фронта, участвовавшим в знаменитом «Брусиловском прорыве». Наступление фронта было в целом неудачно, по Пултуский полк в ходе него вписал своё имя в историю. 20 июля полк вместе с Остроленским пехотным полком атаковал позиции противника в районе Барановичей. Позиции противника были сильно укреплены,  и первая наша атака была отражена. Вторую атаку возглавил лично командир полка полковник Е.В. Говоров, он повёл своих подчинённых на стрелявшую 4-х орудийную батарею. Несмотря на огромные потери, батарея была взята, 31-я австро-венгерская дивизия была атакована во фланг и тыл. Были захвачены: 1 генерал, 60 офицеров и 2700 нижних чинов, а так же 11 орудий.

Но в этой атаке герой погиб. За это он посмертно произведён в генерал-майоры и награждён орденом Св. Георгия 3-й степени. Редчайший случай в Российской военной истории, кода офицер в чине полковника был награждён двумя высшими офицерскими наградами. Но полковник Говоров был не один из пултусцев, награждённых орденом Св. Георгия 3-й степени. У него был достойный однополчанин. Это К.Я. Гоппер, который так же был награждён этим орденом, правда несколько позже, уже после ухода из Пултуского полка. В декабре 1916 года в ходе Митавской операции, будучи командиром 7-го стрелкового Латышского полка, он отличился в бою на реке Аа, за что был награждён орденом Св. Георгия 3-й степени.

Необходимо, что оба офицера хоть и не были коренными пултусцами, но прослужили в полку в течение длительного времени: Гоппер К.Я. с 1905 по 1916 год, а Говоров Е.В. с 1909 по 1916, и становление их, как боевых офицеров происходило в рядах славного Пултуского полка.  А сам полк вписал своё имя в военную историю Государства Российского и 1-й Мировой войны, вырастив в своих рядах двух кавалеров высшего военного ордена.

Пришёл 1917 год, последний для России год 1-й Мировой войны и практически последний год существования Российской Императорской армии. Боевая способность её в этом году катастрофически уменьшалась. Не обошла эта прискорбная тенденция и Пултуский полк. В июле полк в составе войск Юго-Западного фронта участвовал в последнем наступлении Императорских войск, но лавров при этом он не сыскал. Более того полк взбунтовался, покинул свои позиции и двинулся в тыл. На пути в тыл полк был окружён и подвергся артиллерийскому обстрелу. Долго сопротивлявшийся полк после обстрела сдался, главные виновники выделены и преданы военно-революционному суду.

В последующем до конца войны полк оставался в составе войск Юго-Западного фронта, а в марте 1918 года был выведен на расформирование в Костромскую губернию. История полка закончилась, но выходцы его приняли участие в начавшейся  Гражданской войне. Большинство офицеров полка, о ком имеется информация, служили в Красной Армии, но практически все на тыловых должностях.

И здесь мы в очередной раз встречаемся с парадоксом Российской истории. Гражданская война, разразившаяся в нашей стране, разделила и бывших сослуживцев, которые бок о бок бились с противником на фронтах 1-й Мировой войны. И как разделила.

Потомственный дворянин Тульской губернии, командир 2-й бригады 46-й пехотной дивизии и начальник Костромского гарнизона в состав которого входил 183-й пехотный Пултуский полк, Парский Дмитрий Павлович, воевал на стороне Красной Армии. В феврале — марте1918 года он командовал красногвардейскими отрядами под Ямбургом и Нарвой. Именно в память об этих боях был установлен День Советской Амии и Военно-морского флота, который в настоящее время заменён безликим Днём защитника Отечества. С мая 1918 года он военный руководитель Северного участка отрядов завесы, а с сентября того же года — командующий Северным фронтом. В 1920 году член Особого совещания при Главкоме Вооруженных сил Республики.

Выходец из крестьян Лифляндской губернии Карл Янович Гоппер сражался на стороне Белой армии. В августе 1917 года участвовал в походе генерала Л.Г. Корнилова на Петроград. Член “Cоюза защиты Родины и Свободы” (начальник штаба этой организации до середины апреля 1918 года). В июле 1918 года участвовал в антибольшевистском восстании в Ярославле. Летом 1918 года после подавления восстания вступил в Народную армию Самарского Комуча. Назначен главным комендантом штаба войск Директории в Уфе. В феврале 1919 года произведён в генерал-майоры. С июня по октябрь 1919 года был начальником 21-й Стрелковой дивизии 11-го Яицкого корпуса Южной армии генерала П.А. Белова. В последующем служил в армии Латвийской республики.

После окончания Гражданской войны многие офицеры Пултуского полка вернулись в Кострому, но спокойной жизни у них не получилось. В ноябре 1930 года Костромское отделение НКВД раскрыло офицерскую контрреволюционную  организацию из 76 участников, из которых 12 были военнослужащими Пултуского полка. Четверо из них были приговорены к расстрелу (правда, одному расстрел был заменён на 10 лет концлагерей), а остальные к различным срокам заключения.

На этом заканчивается известная история 183-го пехотного Пултуского полка. Но как уже отмечалось выше, часть полковых документов сохранилась в Костроме. В экспозиции военно-исторического отдела Костромского историко-архитектурного и художественного музея-заповедника, размещённом в здании гарнизонной гауптвахты, построенной в 1826 году, выставлено знамя Пултуского полка, грамота Николая II о пожаловании знамени, полковой знак  и ряд других экспонатов, связанных с историей полка. Кроме того ряд документов хранится в фондах музея-заповедника и Костромского областного архива. Но эти документы пока ждут своего исследователя.

 

Примечания

1 Подлинник Грамоты находится в экспозиции военно-исторического отдела Костромского Государственного историко-архитектурного и художественного музея-заповедника.

2 Празднование 300-летия царствования Дома Романовых в Костромской губернии 19-20 мая 1913 года. Кострома, Губернская типография, 1914 г. стр. 139.

3 Там же стр. 166.

4 Там же стр.168.

Литература:

Деникин А.И. Путь русского офицера.- М., Современник, 1991.

Керсновский А.А. История русской армии. Т.3–4, М., Голос, 1992.

Шенк В.К. Дополнение к справочной книжке Императорской главной квартиры. Гренадерские и пехотные полки. СПб., 1912.

Празднование 300-летия царствования Дома Романовых в Костромской губернии 19-20 мая 1913 года. Кострома, Губернская типография, 1914.

Военный орден святого Великомученика и Победоносца Георгия. Библиографический справочник РГВИА, М., 2004.

Парский Д. П. Бой 2 бригады 46 п. дивизии с австрийцами у Веленче, Михалева (Бодачева) 13/26 августа 1914 года.  Военно-исторический сборник, М., 1919, Вып. 1. стр. 51-69.

Фонды Костромского Государственного историко-архитектурного и художественного музея-заповедника.

Одна мысль про “183-й пехотный Пултуский полк”

  1. На фотографии обхода Николаем II строя Пултусского полка запечатлен момент обращения Николая II к моему деду Трухачеву Александру Ивановичу, уроженцу д. Некрасово, что под Костромой. Дед единственный из рядового состава полка носил бороду по именному разрешению Николая II. Со слов деда, при встрече царя, последний имел с ним непродолжительную беседу, что и показано на фото. Справа от деда стоит предположительно Нелидов Василий Александрович. Далее, третьим от деда, стоит Петелин Петр Александрович, уроженец г. Костромы, дед моей жены.

Добавить комментарий для Евгений Отменить ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.